Дисбат бунт причины

Чем страшен

Дисбат бунт причины

Дисциплинарный батальон – дисбат или, на жаргоне, “дизель” – место, куда боятся попасть все военнослужащие без исключения. Чем же он так страшен и что происходит за закрытыми воротами и зарешёченными окнами?

“Умный журнал” заглянул внутрь и попытался ответить на этот вопрос.

Что такое дисбат

Дисциплинарный батальон – это специальная воинская часть, куда отправляют отбывать наказание осуждённых за совершение преступлений солдат и сержантов срочной службы, а также курсантов военных вузов. Срок пребывания в нём не может превышать двух лет и назначается за незначительные преступления (как правило, неуставные отношения и самовольное оставление части).

После отбывания наказания в дисбате военнослужащий продолжает проходить службу с того момента, на котором “остановился”, то есть срок пребывания в этом учреждении не засчитывается в срок службы.

Важный момент: после дисбата, в отличие от “гражданской” тюрьмы, в документах не остаётся отметки о судимости.

Все осуждённые в дисбате носят погоны рядовых (или, в случае флота, матросов). Если до этого они имели какое-то воинское звание, на время отбывания наказания их его лишают.

Режим дисбата

Осуждённые в дисбате находятся под стражей и живут в помещениях с решётками на окнах, но в целом находятся в более благоприятных условиях, чем большинство “обычных” заключённых.

Например, помимо двух краткосрочных свиданий (по четыре часа) каждый месяц, в год им полагается четыре длительных.

Каждое из них длится до трёх суток с правом совместного проживания – либо в специально оборудованном помещении на территории части, либо за её пределами.

Кроме того, в исключительных обстоятельствах (вроде смерти или болезни родственника) осуждённых отпускают домой на срок до семи суток, не считая времени на проезд.

Правда, личные деньги узникам дисбатов иметь запрещается. Все денежные поступления извне заносятся на их лицевой счёт, с которого они могут тратить по три тысячи рублей в месяц на еду и товары первой необходимости. На эти же цели им разрешается тратить ежемесячное довольствие в размере двух тысяч рублей. Конечно, имеются в виду дополнительные траты – кормит и одевает осуждённых государство.

Находясь в дисбате, осуждённые военнослужащие обязаны работать. Однако за это им даже положена зарплата, определяемая по расценкам организации, на которую они работают (а организации могут быть разные). 50% зарплаты поступает на счёт воинской части, 50% – на всё тот же личный счёт работников.

Всё остальное время занимают бесконечные мероприятия по разучиванию и применению на практике воинского устава (в основном, строевая и физическая подготовка).

За нарушения дисциплины осуждённого могут арестовать и поместить в одиночную камеру сроком до 30 суток. Выглядит она жутковато, и большую часть времени в ней приходится стоять (присесть разрешается лишь изредка и на несколько минут).

По отбытии трети срока осуждённого могут перевести в разряд “исправляющихся” с некоторым послаблением режима. Оно заключается в снятии ограничений на пользование деньгами с лицевого счёта, двух дополнительных длительных свиданиях в год и праве перемещаться за пределами части без конвоя.

Кроме того, члены этого “разряда” по отбытии половины срока имеют право претендовать на УДО (условно-досрочное освобождение).

Почему все боятся дисбата

Гражданскому человеку иногда сложно это понять, но для военнослужащего нет ничего страшнее, чем жить по уставу. А в дисбате всё происходит именно по уставу, что и заставляет провинившихся солдат на суде умолять, чтобы им назначили какое-то другое наказание.

Чтение устава в одиночной камереНапример, передвигаются осуждённые в дисбате исключительно бегом или строевым шагом.

Практически постоянно они подвержены изматывающим физическим нагрузкам – за исключением разве что сна и приёма пищи.

Бывают, правда, и теоретические занятия, заключающиеся в том, что группа солдат повторяет за начальником строчки из устава – по два слова, хором, в течение двух часов. Зрелище не для слабонервных.

В общем, за этими вроде бы невинными мероприятиями (физкультура на свежем воздухе, несложные уроки в классе) скрывается тяжелейшая нагрузка на психику, которую не выдерживают самые крутые и “отмороженные” деды, попавшие сюда за избиения сослуживцев, вымогательство и прочие прелести. Именно поэтому в дисбате так востребована работа местного психолога.

Закат эпохи дисбатов

По всему бывшему СССР, от которого они и достались современным странам в наследие, дисбаты постепенно отживают свой век. Осуждённых военнослужащих всё чаще отправляют отбывать наказание в обычные тюрьмы, а сами дисбаты за ненадобностью упраздняют. В Казахстане это сделали в 2008 году, в Белоруссии – в 2014-м.

В постсоветской России дисбатов было пять, но в 2011 году три из них расформировали. На сегодняшний день функционируют два: в нижегородском посёлке Мулино и забайкальском посёлке Каштак. Со временем этих динозавров тоже ждёт вымирание, и страшное место скоро превратится в одну из многочисленных армейских легенд. По крайней мере, военнослужащие на это очень надеются…

Источник: https://www.anews.com/p/69553133-chem-strashen-dizel-kak-ustroen-disbat-v-rossijskoj-armii/

«настоящая жизнь в дисбате наступала ночью, после отбоя. Блатные и пахан поднимали тех, кто..

Дисбат бунт причины

Недавно в «ФАКТАХ» был опубликован материал о том, как двое арестантов гауптвахты дисциплинарной военной части А-0488, дислоцирующейся в столице, захватили в заложники часового, отобрав у него автомат, и всю ночь, пока в дело не вмешалась «Альфа», продержали в напряжении отцов-командиров. Следствию террористы объяснили, что сержанты гауптвахты их жестоко избивали, а после того, как один из арестантов, пытаясь покончить жизнь самоубийством, перерезал себе вены, его приковали наручниками к двери.

Правду ли сказали подследственные? Могли ли произойти подобные вещи в части, где, казалось бы, дисциплина должна быть особенно крепкой?

«Ожидая „определения“ в роте, я за один день похудел на пять килограммов»

В редакцию «ФАКТОВ» пришел молодой человек, который, по его словам, в течение полутора лет отбывал наказание в дисбате и освободился в 1997 году. Он попросил не называть его имени в публикации.

— Вы в дисбате спрашивали солдат, как им живется. Они рассказывали, как ходят строем, работают, перевоспитываются. Так вот — все это показуха, для прессы. Ни рядовые в военной части, ни курсанты в военном училище никогда не скажут журналисту правды! Если кто-нибудь из них откроет рот — будет бит всю оставшуюся жизнь.

— Не буду говорить, за что я попал в дисбат — я свое уже отсидел. До того был курсантом военного училища. После суда привезли меня в дисциплинарный батальон. Это было в пятницу, 13-го.

Сразу на КПП получил по физиономии — чтобы не думал, что сильно крутой. И попал в карантин, где находился пару недель, с ужасом ожидая дня распределения в роту.

За это время я похудел, наверное, килограммов на пять — от страха.

— Какие основания были для такого панического страха?

— После прибытия новеньких в роту, блатные начинают определять, кто ты: «черт», «мужик» или «блатной». Эти понятия пришли в дисбат с «малолетки» (колонии для несовершеннолетних преступников). «Блатных» меньше всего. «Чертуганов» много, но нужно еще больше — чтобы работали, обслуживали всех остальных.

«Определение» началось после отбоя. Били весь вечер и всю ночь. Нас, новеньких, было четверо. Двое сломались сразу. Мой друг потерял сознание, и его больше бить не стали. Я держался до конца, а утром не мог встать — вся грудь была сине-фиолетовая, словно в нее снаряд попал, а нос превратился в кровавое месиво.

Зато заслужил звание «мужика».

— Подробнее про эту «иерархическую лестницу» расскажи, пожалуйста.

— Среди четырех рот дисбата только одна подчиняется офицерскому уставу. В остальных — блатные порядки. В каждой роте — трое-четверо блатных, прошедших колонию-«малолетку» или взрослую тюрьму. Они держатся «семьей» и пользуются неограниченным влиянием. «Мужики» живут сами по себе и никого не обслуживают.

Иногда положение покупают себе за деньги. При каждом блатном состоят два-три «шныря» — те, кто его обстирывает-обглаживает, сапоги натирает до блеска. Они гордятся тем, что приближены к блатным. А еще есть опущенные — по одному-два в роте. Это «голубые». Остальные боятся к ним даже притронуться.

У них отдельные умывальник, кабинка в туалете. Зайдешь туда — считай, сам таким стал. Я вам расскажу историю. В роту попал «голубой», никто об этом не знал, а он себя никак не проявил. Жил, как нормальный человек.

Вышел из роты, вдруг со свободы поступает «малява» (письмо) пахану: «Кто у вас был в роте? Это же петух, опущенный». Вся рота, включая пахана, после этого ела мыло.

— Зачем?

— Чтобы позор с себя снять. Правило дурацкое, в общем…

— Много съели?

— Ну, по кусочку. Пахан, правда, лизнул только.

— Детский сад!

— Блатной четки крутит, если упали — считаются «законтаченными», их уже поднимать с пола нельзя. Разве что последний «шнырь» поднимет, чтобы выбросить. А если кто поднял — ему «отобьют халяву». Будут бить сильно в плечо или в грудь.

— В сердце?

— Так принято в армии. Со мной на гауптвахте сидел парень. Он «дедом» уже был и «духа» (солдата первого года службы. — Авт.) так ударил, что у того остановилось сердце. Дали «деду» пять лет.

— После «отбивания» в больницу попадают?

— Был у нас бывший боксер по кличке Тайсон. Он ударил солдата так, что у того случился разрыв селезенки. Успели отвезти в госпиталь. А еще одному «отбивали халяву» — ударили в грудь, а он упал на спинку кровати головой. И умер.

«Особая дубинка прапорщика вырывала у избиваемого кусок кожи»

— Самоубийства случались?

— Ребята вены себе резали. Один повесился. Пока несли его на носилках к медчасти, труп… руку поднял — мышцы стали сокращаться. Те, кто его нес, без сознания попадали.

— Есть ли способы выйти из дисбата, не досидев до конца срока?

— Про попытку побега, когда одного беглеца расстреляли с караульной вышки, двоих задержали на территории дисбата, а еще одному удалось уйти, вы писали.

Еще один парень собрался бежать через канализационный люк в столовой, застрял в трубе и чуть не задохнулся. Его оттуда едва выволокли за ноги. Есть еще выход — комиссование.

Для этого надо попасть в госпиталь, а там уже дело техники: врачам заплатишь сто-триста долларов — и тебя комиссуют. Но попасть в госпиталь трудно. Даже с энурезом.

— Как относятся к таким солдатам?

— Избивают, конечно. А уж если вдруг заподозрят, что косит, — вообще держись! О-о, в армии этого не любят. Считается: попал, служи, завоевывай уважение.

— И как это делать?

— Конечно, работой уважение не завоюешь. Кто-то откровенно подлизывается к блатным, другие платят. В основном, ценится непокорность, бунтарство против офицеров. Но начальство части борется с бунтарями, сажает их на гауптвахту.

Выдержать там десять суток нелегко — осенью и зимой так холодно, что арестант все время бегает по кругу, чтобы согреться. Только одна камера более или менее теплая, где проходит труба от котельной. Для воспитания особо буйных напускают в бетонный мешок по колено воды и хлорки насыпают.

Это называется «газовой камерой». После такого любой согласится на что угодно!

— Арестантов приковывают наручниками к стене?

— Запросто! И подвешивают, и бьют. Интересно, служит ли еще прапорщик (называет фамилию), который отвечал за гауптвахту, когда я находился в дисбате? У него была особая резиновая дубинка, которая растягивалась при ударе и вырывала кусок кожи.

Прапорщик частенько упражнялся таким образом. Конечно, для офицеров служба в дисбате — это ссылка. Я видел случайно дела двух наших офицеров, попавших к нам за служебное несоответствие. Но почти все они так или иначе становятся там садистами.

Пахан орал на поваров: «Что вы мне даете? Я не люблю суп, когда в нем нет воды!»

— Когда мы приехали в часть, обед в столовой был вполне приличным: гороховый суп, макароны с мясом и блины с компотом. Повара из осужденных рассказывали, что «такое бывает каждый день». Это правда?

— Повторяю: кто вам правду скажет? Целый день ходишь голодный с одной мыслью — о еде. Просыпаешься утром и мечтаешь: «Иду на завтрак, наемся. Какое счастье!» С завтрака возвращаешься — что ел, что радио слушал. На работе думаешь: «Скоро обед, может, наемся».

Нет, то же самое — жидкий супчик и несколько ложек каши. Совсем по-другому живется блатным. Есть такое понятие, как «подгон». На завтрак, обед, ужин повара «подгоняют» блатным на особый, отдельный стол нормальную еду: мясо, пельмени, вареники. По вечерам тортики им пекут.

Помню, как пахан однажды орал на поваров: «Что вы мне даете? Я не люблю суп, когда в нем нет воды». Они его настолько боялись, что клали в тарелку только мясо и картошку. Эти повара — самые несчастные люди в дисбате, хотя иногда и могут бросить себе лишний кусок.

Они знают: если чем-то не угодил — вечером будет «убивание».

— Да мы приехали за полтора часа до обеда. Они бы не успели так быстро подготовиться…

— Дисциплинарный батальон — это армия в армии. Когда неожиданно является с проверкой большое начальство, все возможное сделают для того, чтобы проверяющие ахнули.

«Я не жалею, что прошел дисбат»

— Если вечером в роте нет офицера, у окон и дверей выставляются «шары» — наблюдение за путями подхода к казарме. Списки «шаровиков» имеются в каждой роте. Старший «шаровик» — начальник так называемого караула, куда входят «чертуганы» и недавно прибывшие «мужики». Стоять «караульным» надо так осторожно, чтобы не было заметно снаружи.

Чуть что — по «шарам» сразу передается: «Дежурный офицер зашел в зону… «Дойдет до пахана — и по обратной связи: «Следить, куда идет… ««Сюда идет!» Все быстро успевают улечься в кровати. Однажды «шаровик» гаркнул: «Подполковник такой-то идет к нам в роту». А тот услышал. И наказал всю роту — в воскресенье погнал на строевую подготовку. Проморгаешь «шары» — будут бить.

Я тоже стоял «в карауле» месяца три.

На разборки блатные с провинившимися уходят в бытовое помещение, где находится туалет и умывальник. После отбоя по проходу между кроватями можно передвигаться только ползком. Прожекторы с караульных вышек светят прямо в окна казармы. Если часовой заметит, что внутри кто-то передвигается, сразу поднимет тревогу.

— И блатные ползком передвигаются?

— Они еще до отбоя уходят. Если некого наказывать — просто моются, курят, наколки себе делают обычной электробритвой с приделанной к ней иголочкой.

Конечно, это больно, потом нагноения бывают… Но они же блатные, им нужны наколки! Во время утреннего осмотра офицер смотрит, нет ли на ком свежих наколок или синяков. Блатные заинтересованы в том, чтобы синяков ни у кого не было, иначе будет страдать вся рота, и они тоже.

Поэтому избитого прячут. Когда после определения моя грудь неделю была сплошным синяком, меня никто из офицеров «не видел».

— Какие отношения существуют между офицерами и блатными?

— Во всей армии офицеры закрывают глаза на дедовщину. Она им удобна. Командир может не появляться в роте, но там будет поддерживаться порядок. На блатных они давят только для виду. На самом деле между ними существует перемирие. Помню, пахана всей зоны за какую-то провинность закрыли на гауптвахту. Зона взбунтовалась — офицеры боялись даже зайти на территорию. И пахана выпустили.

— Вы с какого курса училища туда попали?

— С третьего. Курсанты вообще-то редко в дисбат попадают. Но, честно говоря, я не жалею, что так получилось. Там я понял, что чего-то стою. Сейчас не имею судимости, нашел хорошую работу. Но главное — ничего и никого в жизни не боюсь.

«Что побудило бывшего дисбатовца на сомнительные откровения — можно лишь догадываться»

После разговора с бывшим осужденным дисбата мы сочли нужным проконсультироваться с офицером, который, прослужив много лет в дисциплинарном батальоне, вышел в отставку и сейчас не имеет никакого отношения к Вооруженным Силам.

— Про «газовые» камеры на гауптвахте — неимоверная чушь. И резиновой дубинки у прапорщика (называет ту же фамилию) не было. Хотя он жесткий человек, это правда. Бунты были, в заложники даже брали офицера. Но тогда нам удалось подавить ЧП своими силами. Были и побеги.

Последний на моей памяти, когда сам дежурный офицер, ночью выпив с четырьмя осужденными водки, вывел их за ворота Его потом осудили на четыре года.

С таким явлением, как «опущенные», мы жестоко боролись — и на столах миски перемешивали, и воду в умывальниках отключали, кроме одного, и с завязанными глазами всех в туалет запускали, чтобы не видели, кто в какую кабинку пошел.

«Определения» случались, хотя закавказцы (сейчас их в нашей армии уже не осталось) умели в таких случаях прийти друг другу на выручку, а братья-славяне молотили друг друга с радостью. Но такого, чтобы на утренней проверке офицер не заметил синяков, быть не могло.

Прокомментировал рассказ бывшего дисбатовца и пресс-секретарь командующего Сухопутными войсками Украины майор Александр Науменко:

— Еще ни одному журналисту не отказали в посещении дисциплинарной части. Здравомыслящий человек должен понимать: если бы у руководства Минобороны были малейшие сомнения относительно порядка в данной части, то нога журналиста туда бы не ступила. Да, инциденты бывают, но они тут же пресекаются самими осужденными или сержантами, а виновные несут наказание в соответствии с уставом.

О пельменях и варениках для паханов — сказки. А «ужастики» с оживающими трупами и офицерами-садистами — это несерьезно. Я служу 18 лет и ничего подобного не слышал — хотя, к счастью, в дисбате не сидел. Что побудило бывшего дисбатовца на сомнительные откровения — можно лишь догадываться.

Но бросать камень в структуру, которая помогла тебе исправиться и начать новую жизнь, — по крайней мере, непорядочно.

Точку в этой истории поставил командир дисциплинарной части полковник Андрей Шандер:

— То, о чем этот парень рассказал, может, и было когда-то, но не при мне. А я служу здесь уже три года. Страна меняется к лучшему, и наша часть — тоже.

Читайте нас в Telegram-канале, и

Источник: https://fakty.ua/108911-quot-nastoyacshaya-zhizn-v-disbate-nastupala-nochyu-posle-otboya-blatnye-i-pahan-podnimali-teh-kto-provinilsya-za-den----i-nachinalos-quot-ubivanie-quot

Дисбат

Дисбат бунт причины

Дисбат

В феврале 2006 года тогдашний министр обороны РФ Сергей Иванов заявил, что дисциплинарные батальоны — это анахронизм и, мол, подобных формирований нет ни в одной армии мира (хотя это на самом деле не так — дисбаты есть, скажем, в США и Франции). Если военнослужащий ‚совершил преступление, пусть находится в рамках системы исполнения наказаний, — заявил министр. Дисбаты решено было расформировать. Но — не тут-то было! «Дизель», как называют дисбаты, живее всех живых!

Для начала рассмотрим, что же такое дисциплинарный батальон, какие там условия содержания и внутренний распорядок. В настоящее время в России пять «дизелей». Внутренняя структура такая — пять рот: две с тяжкими статьями, три — с не очень. По штату положено не более 800 солдат-зэков.

Попадают в «дизель» по решению военного суда за преступления как воинские, так и общеуголовные, небольшой тяжести, когда можно избежать уголовного преследования. Срок дают от 3 месяцев до 2 лет (в советское время максимум равнялся 4 годам). Осужденные солдаты носят погоны зеленого цвета.

Тот же цвет и на бляхах-ремней.

Во время нахождения в дисбате солдаты не лишены такого гражданского права, как участие в выборах (простые осужденные этого делать не могут).

Самая распространенная статья, за которую они попадают в дисбат, — это, конечно, неуставные отношения (40%, по данным Минобороны). Помимо «дедовщины» — «самоволка», воровство, хранение наркотиков.

В
последнее время все чаще стали осуждать за грабеж — когда солдаты уходят в увольнительную, обратно нередко возвращаются с отобранными у малолеток сотовыми телефонами.

Военнослужащие одеты в обычный «камуфляж»

С родными осужденные солдаты имеют право видеться два раза в месяц по 4 часа.

Дисциплинарный батальон выглядит как самая обычная воинская часть со всей ее инфраструктурой: казармы, плац, медпункт, баня, комната досуга.

Однако часть обнесена колючей проволокой, а по периметру расположены вышки с вооруженными чаоовыми (солдатами-срочниками). Передвигаться солдаты-зэки должны строевым шагом или бегом. Так записано в уставе.

Распорядок дня в дисбате

Распорядок дня таков. Подъем в 6 утра. До обеда — два часа занятий по зазубриванию устава. Потом два часа строевой подготовки и, наконец, два часа бега и различных физических
упражнений. После обеда все то же самое, все те же шесть часов. И каждые 50 минут происходит построение и поверка. Если сравнивать с обычной колонией, то там все куда демократичнее.

В дисбате

Из-за такой монотонности дня у многих солдат не выдерживают нервы. Отсюда стычки, конфликты, ругань. За это уже совсем страшное наказание — батальонная гауптвахта, аналог
зоновского ШИЗО.

Туда могут засадить на срок до 30 суток! Помимо 8 часов сна, обитатель гауптвахты в остальное время не имеет права даже присесть! Если сравнить с зоновским ШИЗО, то почти все они сейчас обзавелись деревянными полами, на которых можно валяться хоть целые сутки. Так что солдатам — «дизелистам» живется-сидится труднее.

Почему забылась идея Иванова? Следующий министр обороны Анатолий Сердюков лично посетил несколько дисциплинарных батальонов, а также пару общеуголовных исправительных колоний. И признался, что в дисбатах условия получше, чем на зонах.

Заявление на УДО

Это спорно по описанным выше причинам, но да ладно. В Минобороне пояснили отказ от ивановской идеи тем, что в колониях оступившиеся солдаты могут втянуться в криминальную среду.

Пребывание же в дисбате судимостью не считается.

Проведенное в нем время просто высчитывается из срока службы, и после отбытия наказания военный обязан дослужить (правда, обычно такого солдата стараются побыстрее отправить домой, чтобы не портил атмосферу).

Истории из дисбата

Чтобы повеселить читателя при помощи черного юмора, приведу историю, как раз по поводу дисбата. Привожу ее почти дословно, только убрав, так сказать, идиоматические выражения. Это рассказ бывшего «вертухая» дисциплинарного батальона:

«Тоска, всем охота в отпуск, а отпуск в дисбате — вещь нереальная. Есть один вариант гарантированного отпуска — пристрелить зэка при попытке к побегу, что само по себе маловероятно, бегут редко. Служил во втором взводе Петя Шнигель — немец родом с Алтая, одноклеточное существо, рыжий, косоглазый. Мечтал об отпуске страшно, плакал, хотел домой.

Путь домой лежал только через автоматную очередь в спину убегающего зэка, если таковой случится. В зоне сидел здоровый страшный кочегар — беспредельщик, блатной до ужаса, в общем крутизна. А баня была за пределами зоны и, чтобы кочегару получить чистое белье, нужно тащиться на КПП, проходить досмотр, делать крюк километра два; короче, геморрой.

А баня рядом вообще-то с кочегаркой, только за забором с двумя рядами колючей проволоки. Петруха «долбился» (нес службу) на четвертом посту, на вышке, как раз рядом с кочегаркой: солнышко, бессонная ночь; короче, закемарил.

Кочегар посмотрел — часовой спит, и орет банщику: «Молдаван, бросай белье через забор, мент кемарит!» Банщик бросил
узел с чистым бельем, но тот зацепился за колючку, развязался и рассыпался по предзоннику между забором и колючкой. Кочегар видит — косяк, но Петруха то спит, и кочегар решился полезть и собрать трусы и майки.

Пролез под колючкой, ползает по предзоннику, собирает тряпки. Само собой, в этот момент просыпается наш воин и обалдевает — вот он, долгожданный отпуск, в десяти метрах попытка к побегу, все честно и конкретно!

Петро передергивает затвор, начинает стрелять длинными очередями по кочегару без всяких там обязательных «Стой, назад!», «Стой, стрелять буду!», но так как косоглазый, попасть не может. Кочегар мечется по предзоннику, забыл про трусы и прет через колючку обратно в кочегарку. Петрухин расстрелял магазин, в азарте вставляет второй и продолжает вышибать отпуск из кочегара.

Конвой в дисбате

Тот все-таки пролез через колючку и бежит к кочегарке, а Петро в запале палит уже по зоне, а это, в общем, нельзя.

Кочегар влетает в кочегарку, и тут последняя в магазине пуля
рикошетом об асфальт пробивает ему легкое.

Он падает в дверях, Петруха рад до смерти и тут осознает, что застрелил зэка не в предзоннике, а в зоне, и поедет не в отпуск, а в соседний дисбат и там его точно кончат, когда узнают, где служил.

Он спрыгивает с вышки и тащит за ноги хрипящего почти жмура в предзонник — мол, замочил его там по уставу.

Мы, когда услышали в караулке пальбу, схватили АКМы, прибегаем, смотрим: маленький перепуганный Петруха тащит за ноги окровавленную тушу кочегара из зоны к забору. Въезжаем, что произошло, и начинаем ржать.

Собирается консилиум: что делать? Короче, Петруху кое-как отмазали, кочегара заштопали в госпитале и велели молчать, а то пристрелим конкретно».

Насильники в армии

А теперь слово бывшему следователю ленинградском прокуратуры Олегу Бабушкину, который как-то отправил солдат в дисбат за мерзейшее преступление: «В 26 лет я оказался в вооруженных силах Советского Союза (с 1986 по 1988 годы). Служил в Башкирии.

Поскольку работал на гражданке следователем прокуратуры, то и в армии оказался в той же должности — только в военной прокуратуре. Она занимается преступлениями, совершенными военнослужащими.

И вот, совсем скоро после моего приезда, в Уфе произошло громкое и мерзкое преступление — изнасилование бабушки!

Потерпевшая жила на окраине Уфы. В старом деревянном доме, расположенном в глухом месте. Неподалеку была воинская часть. Бабульке было 89 лет! Как-то к ней в дом ворвались два молодых человека и изнасиловали ее. Бабушка написала заявление в милицию.

Ей не очень-то поверили, думали, совсем сбрендила старуха, но соответствующая экспертиза подтвердила ее показания.

Бабулька почти не запомнила лиц нападавших геронтофилов, зато приметила кое-что действительно важное — насильники были в военной форме! Поэтому милиция передала дело военной прокуратуре.

Дисбат

Так я и узнал подробности преступления. Честно говоря, кто такие геронтофилы, я тогда еще слыхом не слыхивал, как, наверное, и многие советские граждане. У меня в голове не укладывалось, какое можно получить удовольствие от секса со старухой. Главный военный прокурор, назовем его М.

(башкир), был очень опытным работником и, что важно для следователя, обладал чутьем. Он тоже не очень-то был знаком с тактикой и психологией геронтофилов, но уверял, что они могут вернуться на место преступления. И потому приказал мне вместе с сотрудниками ГАИ патрулировать окраину, где находился дом изнасилованной старухи.

И вот мы, на уазике, день за днем патрулировали, наматывая круги по пыльным улицам.

Наконец, где-то через полтора месяца, нам повезло.

Во время патрулирования мы увидели двух стройбатовцев, направлявшихся к дому изнасилованной старухи! Эти ублюдки шли
к ней, чтобы развлечься повторно (как выяснилось потом на допросах)! Скажу честно, задержали мы солдат жестко, «приняли с пристрастием».

Короче говоря, два бесчувственных тела мы погрузили в УАЗ, и уже через полчаса эти уроды были в стенах военной прокуратуры. Однако они пошли в отказ. Бабушка тоже не могла их опознать. Ситуация получалась дурацкая. Преступники выявлены — доказательной базы никакой.

И тогда пришлось решиться на нетривиальные действия. И задействовать я решил изнасилованную старушку. Для этого надо хорошо знать различные варианты поведения потерпевших от насильников. Это очень тяжело психологически переносимое преступление. И все здесь зависит от конкретного человека.

Некоторые стараются выдавить случившееся из памяти. Они не хотят общаться на допросах, вдаваясь в болезненные подробности. Другие же горят чувством мести, они сами подгоняют следствие, готовы сказать ему любое содействие. Что касается нашей бабушки, она очень хотела, чтобы виновные получили заслуженное наказание.

Я решил воспользоваться этим ее желанием.

Арестованные стройбатовцы содержались не в обычном КПЗ, а на «губе».

От гауптвахты до здания военной прокуратуры было всего метров триста, однако в соответствии с Уставом Вооруженных сил СССР, подозреваемые были обязаны вестись в наручниках, причем в сопровождении двух автоматчиков.

В то решающее для следствия утро я как раз наблюдал, как
солдаты конвоировали геронтофилов. Их препроводили в мой кабинет. Там юноши наткнулись… на труп изнасилованной ими старухи!

Дисбат

Фраза одного из солдат была ключевой: «Она же должна была остаться живой!» Оставалось уже дело техники. Пока они еще не вышли из ступора, я набросился, как коршун: «Это мокруха, ребята! Понимаете, дебилы, «мокрая» статья! Под расстрел пойдете! Легко! Пишите, как дело было! Явку с повинной пишите! Сейчас вам жизнь свою поганую спасать нужно!»

Юноши «поплыли», разнылись: «Мы ‚ не хотели убивать, мы только это самое…» Короче говоря, написали они повинные явки, где в подробностях поведали о том, как по очереди изнасиловали старуху. Видимо, мало брома им давали.

Когда явки были задокументированы, допрос закончен, «труп» старушки преспокойно встал с кушетки и сказал: «Спасибо, Олег. Я теперь хоть помру спокойно, пусть посидят эти голубчики».

Потом, повернувшись в сторону солдат: «А вам, засранцы, я всю жизнь сниться буду. В кошмарах».

А договорился я с бабулей о том, чтобы она сыграла труп, удивительно легко. Сказала только: «Все равно мне скоро помирать, мне уж прогулы на кладбище ставят. Так хоть помогу напоследок вам. А то эти изверги таких дел могут натворить». Мы тщательно обговорили ее роль. Старушка проявляла усердие, ей, чувствовалось, хотелось не то что мстить, ей хотелось защитить будущих жертв этих подонков.

Дисбат

Кстати, бабуля напрасно прибеднялась, когда говорила насчет скорой кончины. Пока я служил в Уфе, она была все еще бодрячком и регулярно приносила мне клубнику со своего огорода. Что касается насильников из стройбата, то они были осуждены военным трибуналом и получили по 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в дисциплинарном батальоне».

Дисбат Мулино

Один из самых известных в России дисбатов, это 28 отдельный дисциплинарный батальон в Мулино — один из двух оставшихся в России дисбатов. Второй — близ Читы.

Но и в те времена, когда дисбатов по стране было больше, мулинский дисбат считался одним из самых благополучных, если вообще слова «благополучие» и «дисбат» можно поставить рядом.

Несколько часов, проведённых внутри этого внушающего уважение заведения, считаю, оказались, чрезвычайно полезными. Редкой силы источник познания жизни.

Дисбат Мулино

Дисциплинарный батальон — не тюрьма, а воинская часть. Служат в в\ч 12801 два типа личного состава — постоянный и переменный. Военнослужащие переменного состава — это те, что находятся внутри охраняемого периметра. Попадают внутрь на разное время, от трёх месяцев до двух лет. В данный момент в части 170 «постояльцев» из 800 возможных.

Дисбат Мулино находится в Нижегородской области, где среди лесов и болот раскинулся поселок Мулино.

На самом деле термин «поселок» не совсем корректен – это просто крупный военный городок, в котором немногочисленное гражданское население представлено лишь отставниками и членами семей военнослужащих, а градообразующими предприятиями являются многочисленные воинские части.

Высокие заборы скрывают за собой казармы и парки бронетехники, по разбитым дорогам ездят почти исключительно выкрашенные в зеленый цвет грузовики, а с соседнего полигона то и дело раздаются звуки пулеметных очередей и пушечных залпов.

Дисбат Мулино

Среди прочих военных частей и находится дисбат Мулино. Внешне он почти не выделяется из череды прочих, но пользуется вполне заслуженной и грозной славой – в Вооруженных Силах страны нет ни одного солдата или сержанта, который бы не знал о его существовании.

Это Отдельный дисциплинарный батальон, один из двух, оставшихся в России. Страшный сон любого военнослужащего срочной службы. Для некоторых из них он становится страшной реальностью.

За этими стенами и заборами из колючей проволоки царит совершенно непередаваемая атмосфера – здесь нет улыбок и блеска в глазах, нет перекуров и дружеского общения, нет увольнений и посиделок в «чепке». Есть только Ее Величество Военная Дисциплина – беспощадная, безжалостная, бессмысленная и безграничная.

Восемь часов в сутки – строевые упражнения на плацу, восемь часов – зубрежка устава или (для счастливчиков!) тяжелый физический труд в цеху железобетонных изделий, и, наконец, восемь часов сна.

Дисбат Мулино

Единственная отдушина в череде бесконечной рутины – короткие перерывы на прием пищи. Передвижение что на плацу, что в казарме возможно только двух видов – строевым шагом или бегом. Любая небрежность, любая ошибка влекут за собой взыскания, самыми суровыми из которых являются одиночное заключение в каменном мешке гауптвахты на срок от 10 до 30 дней, или же военный суд и новый срок.

Источник: http://www.mzk1.ru/2018/01/disbat/

Дисциплинарный батальон

Дисбат бунт причины

Случаи нарушения закона могут возникать в разных ситуациях, в том числе и во время прохождения службы в армии. Специально для солдат, совершивших уголовные преступления, были созданы отдельные воинские части – дисциплинарные батальоны.

Такое формирование представляет аналог гражданской тюрьмы, но со своими специфическими особенностями. Несмотря на то, что режим содержания осужденных в дисбатах, на первый взгляд, может показаться более лояльным, попасть сюда – страшный сон любого военнослужащего.

Дисбат: что это такое

Дисциплинарный батальон (или сокращенно – дисбат) – особая воинская часть, предназначенная для военнослужащих, нарушивших закон или дисциплинарные правила.

Сюда направляют совершивших преступления солдат и сержантов срочной службы. Также в дисбат могут попасть и курсанты военных вузов.

Отправить в дисциплинарный батальон могут лишь военнослужащих, совершивших незначительные преступления, ответственность за которые предусмотрена Уголовным кодексом Российской Федерации. В случае особо тяжких нарушений закона военных отправляют в гражданскую тюрьму.

Длительность пребывания в дисбате по существующим законодательным нормам не может превысить двух лет. После того, как срок наказания истекает, военнослужащий возвращается обратно в свое подразделение. Здесь он должен отслужить оставшийся ему срок, так как время пребывания в дисциплинарном батальоне не будет засчитываться в качестве службы.

ВАЖНО! Существенным отличием дисбата от гражданской тюрьмы является то, что после окончания срока наказания в документы военнослужащего не вносится отметка о судимости.

На сегодняшний день в России остались лишь два действующих дисциплинарных батальона:

  • в/ч 12801 в поселке Мулино Нижегородской области;
  • в/ч 44311 в Чите.

За какие нарушения отправляют в дисбат

В дисциплинарный батальон попадают военнослужащие, совершившие уголовно наказуемые преступления и приговоренные к наказанию по решению военного суда.

К числу основных преступлений, за которые можно попасть в дисбат, относятся:

  1. невыполнение приказа вышестоящего руководства;
  2. сопротивление начальству и принуждение его к применению мер физического воздействия, нанесение ему побоев;
  3. нарушение устава, связанное с применением насилия по отношению к другим военнослужащим;
  4. самовольное покидание части;
  5. дезертирство;
  6. симулирование болезни для уклонения от исполнения служебных обязанностей;
  7. утрата военного имущества и т.д.

ВАЖНО! Попасть в дисбат можно только в том случае, если совершенные правонарушения нельзя отнести к разряду тяжелых. Военнослужащих, совершивших особо тяжкие преступления (например, убийство или изнасилование), отправляют отбывать срок заключения в гражданскую тюрьму или колонию.

Режим дисциплинарного батальона

Условия пребывания в дисбате являются более благоприятными, чем в обычной гражданской тюрьме.

Тем не менее, осужденные солдаты находятся под стражей, а на окнах помещений, в которых живут военнослужащие, установлены решетки.

Каждый месяц осужденным в дисциплинарном батальоне разрешены два краткосрочных свидания длительностью по 4 часа.

Кроме этого в год полагается еще четыре длительных свидания, которые могут длиться до трех суток. Проживать осужденные солдаты вместе со своими родственниками могут как в специальном помещении на территории части, так и за ее пределами.

ВАЖНО! В исключительных случаях (например, по причине смерти или серьезной болезни родственников), военнослужащего могут отпустить домой. Срок поездки может достигать семи суток без учета времени, которое уйдет на дорогу.

Иметь наличные деньги осужденным дисбата запрещено. Все средства родственники перечисляют на личный счет каждого солдата. На еду и товары первой необходимости с данного счета разрешено расходовать не более 3 000 рублей в месяц. Также разрешается тратить еще по 2 000 рублей, выделяемых в качестве ежемесячного довольствия.

Общение между осужденными и свободное перемещение по территории в дисбате запрещены.

Если осужденный военнослужащий нарушит дисциплинарные правила, существующие в особой воинской части, его могут отправить в одиночную камеру, максимальный срок заключения в которой достигает 30 суток.

Данная камера отличается небольшими размерами и практически полным отсутствием солнечного света. Большую часть времени в ней придется стоять, а присесть и отдохнуть разрешается лишь изредка и на несколько минут.

ВАЖНО! Осужденные военнослужащие, которые уже отбыли половину назначенного им срока в дисциплинарном изоляторе и отличались при этом примерной дисциплиной, могут претендовать на УДО (условно-досрочное освобождение).

Почему все испытывают страх перед дисбатом

На первый взгляд пребывание в дисбате может показаться не самым страшным наказанием. Однако так считают только люди с гражданки. Военнослужащие же испытывают сильный страх перед дисциплинарным батальоном и очень часто просят сжалиться над ними, заменив наказание на другое.

Жизнь в дисбате изо дня в день проходит строго по уставу. Например, передвигаться заключенные могут только бегом или строевым шагом. Практически постоянно осужденные военнослужащие подвергаются изматывающим физическим нагрузкам с перерывами на прием пищи и сон.

Впрочем, проходят здесь и теоретические занятия. Группа солдат повторяет за руководителем строчки устава – хором, по два слова, на протяжении двух часов.

Человеку со стороны такие простые уроки в совокупности с занятиями физической подготовкой на открытом воздухе могут показаться довольно безобидными. Однако подобные занятия, повторяющиеся изо дня в день, оказывают серьезное давление на психику солдат.

Поэтому военнослужащие, отбывающие наказание в дисциплинарном батальоне, очень часто обращаются за помощью местных психологов.

Каков распорядок дня в дисбате

Распорядок каждого дня в дисциплинарном батальоне устанавливается командиром и прописан строго по часам. Подъем военнослужащих осуществляется в 6 часов утра. До обеда осужденные обязаны работать. При этом работа является оплачиваемой: половина заработка поступает на личный счет военнослужащего, оставшаяся часть – на счет воинской части.

После обеда солдат дисциплинарного батальона ждут различные занятия:

  • 2 часа занятий по разучиванию устава;
  • 2 часа строевой подготовки;
  • 2 часа бега и иных физических упражнений.

После ужина предоставляется час личного времени, а также время для просмотра информационных передач в комнате досуга. После этого производится контрольная проверка всего переменного состава согласно спискам и объявляется отбой.

Отличия от гаупвахты

Довольно часто «дизель» путают с гауптвахтой, однако эти понятия совершенно разные.

Между ними действительно существует одно сходство – и на гауптвахте, и в дисциплинарном батальоне военнослужащие отбывают наказание.

Отличия заключаются в следующем:

  1. Гауптвахта, как правило, находится непосредственно на территории воинской части, а дисциплинарный батальон является отдельным формированием.
  2. Заключение на гауптвахту – самая строгая мера наказания, предусмотренная за дисциплинарный проступок, которая может быть применена к военнослужащему без судебного решения. Отправить солдата в дисбат могут только за уголовное преступление и строго по решению военного суда.
  3. Максимальное заключение на гауптвахту не превышает 30 суток, сроки отбывания наказания в дисциплинарном батальоне составляют от трех месяцев до двух лет.
  4. На гауптвахте также могут находиться военнослужащие, ожидающие решения суда, которые в дальнейшем могут быть отправлены в дисбат.

Окончание наказания и выход из дисбата

После того, как срок наказания, предусмотренный военным судом, истечет, военнослужащему предстоит вернуться в свою часть для дальнейшего прохождения срочной службы. Еще не так давно для этой цели осужденному выдавались денежные средства и предоставлялась возможность самостоятельно добираться до своего воинского формирования.

Однако все чаще стали происходить ситуации, когда уже по дороге к месту службы осужденный вновь совершал преступление, поэтому было принято решение отправлять военнослужащих, предоставляя им сопровождение. Но не всегда получается найти сопровождающих в нужные сроки, поэтому отправка из дисциплинарных батальонов может задерживаться.

Во времена Советского Союза дисциплинарные батальоны были широко распространены на всей территории государства. Сейчас подобные воинские формирования постепенно отходят в прошлое: в России на сегодняшний день функционируют лишь два дисбата.

Однако это не свидетельствует о том, что количество преступлений в рядах военнослужащих резко сокращается. В последнее время все более распространенной практикой является наказание для военных в виде заключения в обычную тюрьму или колонию.

Источник: https://vzapase.expert/sluzhba/distsiplinarnyj-batalon

Адвокат Анисимов
Добавить комментарий